Категории лица, сказуемости и предикативности в языке кечуа

Статьи » Категории лица, сказуемости и предикативности в языке кечуа

Страница 3

Обращает на себя внимание материальная идентичность показателя 3-го л. ед. ч. обладателя в имени -n (после согласных - с предшествующим эвфоническим интерфиксом -ni-), форманта 3-го л. ед. ч. -n в глаголе и показателя ремы -n (-mi после согласных). Исходя из изложенных выше фактов, мы соотносим глагольное -n в первую очередь с показателем ремы, однако нельзя исключать и генетическую общность первого с двумя последними. Процесс их постепенной дифференциации можно сопоставить с эволюцией функции нунации в семитских языках, где так называемое "танвинное озвончение" - по И.М. Дьяконову - первоначально указывало на определенность и лишь затем - на неопределенность имени, оформляя последнее, в частности, в функции сказуемого.

Представляется вполне вероятным, что в языке кечуа первоначально дейктический элемент -n, соотносимый с 3-м лицом (по Э. Бенвенисту - с не-лицом), стал употребляться как для выделения именного сказуемого (аналогично тому, что произошло потом с другим дейктиком -kay, преобразовавшимся в связку), так и для выделения любого члена предложения в функции логического предиката. На следующем этапе произошло еще одно функциональное расщепление морфемы -n: она стала использоваться и в личных формах глагольного сказуемого, что способствовало формированию личного спряжения (в ряде модально-временных парадигм), отличающегося от притяжательных форм имени. Возможно, что на этом этапе развития языка заключительная позиция в предложении была наиболее типична не только для сказуемого, но и для ремы.

Глагольный элемент -n, по-видимому, еще не утратил полностью функциональной связи с показателем ремы, так как спорадически регустрируется его отсутствие в 3-м л. ед. ч. (но никогда не в первых двух, где он органически вошел в состав личных постфиксов). В большинстве случаев это, вероятно, связано с наличием в предложении особо выделяемого логического предиката, "перетягивающего" к себе указанную морфему. Но чаще всего взаимосвязь глагольного -n с показателем логического предиката уже не осознается, и при необходимости выделить глагольное сказуемое как рему к глаголу присоединяется постпозитивно тот же элемент -n (-mi): Noqa ruwanin "Я делаю", Pay ruwanmi "Он делает" и т.д.

В материальном плане эти три форманта можно было бы возвести к одному назальному элементу -n/-m; при этом в имени, морфонологическая структура которого, как отмечалось выше, отлична от глагола, в позиции после согласного появился эвфонический интерфикс -ni-, характерный только для имени, в то время как в глаголе, основа которого оканчивается на гласный, необходимость в таком элементе не возникла. Наконец, в функции показателя ремы, имеющего очень большую валентность и примыкающего к словам как с вокалическим, так и с консонантным ауслаутом, регистрируется полногласный вариант этой морфемы - -mi, употребляемый в постконсонантной позиции. (Ср. в связи с этим постконсонантный вариант -si морфемы -s, функция которой - указание на чужую речь).

Таким образом, материал языка кечуа, как кажется, свидетельствует о происшедшем в нем процессе проникновения формального показателя предикативности в глагольное слово, т.е. о формировании личных форм спрягаемого глагола на базе категории предикативности в сочетании с личными аффиксами, общими для глагола и для имени. Это позволяет предположить, что единообразие в морфологическом оформлении сказуемого и спрягаемого глагола, с одной стороны, а также логического предиката и сказуемого - с другой (явление отнюдь не уникальное), может распространиться и на все эти три, в конечном счете взаимосвязанные, категории.

Страницы: 1 2 3 

Это интересно:

Отличие русского и европейского романтизма
Основной литературной формой европейского романтизма стали сказки, легенды, фантастические повести. В романтических произведениях русских писателей сказочный мир возникает из описания повседневности, бытовой ситуации. Эта бытовая ситуаци ...

Православная церковь в первые годы Советской власти
Для Русской православной церкви наступило тяжелое время. Единственное, что было разрешено, - это совершать богослужения в храме. Все остальное - обучение детей, помощь бедным и больным, церковные школы, миссионерская работа, всякое участи ...

Философия
В XVIIв. господствующим становится новый тип мироощущения, для которого Бытие - динамичное, изменяющееся, сталкивающееся, драматичное. Такой тип мышления, который видит в самом фундаменте вещей противоречие, разорванность, коллизию, а не ...