Философ и его окружение

Страница 1

Идеологи правящей группы дворянства понимали, что в новых условиях необходимы и новые приемы сохранения самодержавно-крепостнического строя. Они отказывались от характерной для Щербатова апологетики крепостничества и рядились в одежды последователей и учеников французских просветителей. Но они извращали просветительские теории, выхолащивали их антифеодальную направленность и использовали их для целей, диаметрально противоположных тем, которые ставили Вольтер, Дидро и Руссо.

Екатерина II заявляла, что «Дух законов» Монтескье стал ее настольной книгой, из которой она переносила целые страницы в свой Наказ. Вскоре после дворцового переворота 1762 г. императрица звала Дидро приехать в Петербург для завершения публикации «Энциклопедии», изданию которой во Франции препятствовало королевское правительство. Несколько позже она приглашала д'Аламбера поселиться в России и взять на себя воспитание ее сына, наследника престола Павла. Начиная с 1763 г. Екатерина ведет оживленную переписку с Вольтером, в которой именует его своим «учителем». Гримм становится ее доверенным лицом. Императрица советуется с просветителями относительно ведения государственных дел, посылает им дорогие меха и коллекции золотых монет, оказывает денежную помощь. Французские просветители провозглашают ее «северной Семирамидой», воспевают ее «просвещенный» ум и создают вокруг нее нужную ей рекламу.

Но выдавая себя за сторонницу идей Просвещения, Екатерина II привлекала их для обоснования целесообразности самодержавно-крепостнических порядков. Она утверждала в Наказе, что самодержавие является лучшей и единственно возможной формой правления, так как «всякое другое правление не только было бы в России вредно, но и вконец разорительно». Цель самодержавия — внедрение в подданных «разума вольности», направление их действий «к получению самого большого ото всех добра», охранение «безопасности каждого гражданина» и подчинение всех одним законам.

«Мудрец на троне» знал, что говорил и делал. Под «вольностью» понималось позволение делать только то, что разрешали законы, а они закрепляли всевластие дворян и полное бесправие крестьян. Последним оставалось утешаться тем, что «рабы и слуги существуют от сотворения мира» и это «богу отнюдь не противно», что они должны своих господ, и притом не только добрых, «но и не нравящихся им, любить и почитать», повиноваться им «от всего сердца», все их приказания и повинности «охотно, верно и в надлежащее время исправлять» .

Общественно-политические взгляды Екатерины отличались от щербатовских не столько целями и содержанием, сколько тактикой и формами защиты крепостничества, своей мнимо-просветительской оболочкой. Но и это различие сохранялось лишь в первое десятилетие ее царствования.

После Крестьянской войны, революций в Америке и Франции взгляды императрицы Екатерины постепенно сближаются с идеями Щербатова. Единственно, что их по-прежнему разделяет,— это вопрос о размерах власти монарха, о месте аристократии в государстве.

По примеру царицы ее приближенные, многие представители дворянской интеллигенции, владельцы тысяч «душ», вступали в переписку с французскими просветителями, величая себя «усердными почитателями» и «верными последователями» их учения. Граф А. П. Шувалов прославился в Европе своими дружескими связями с энциклопедистами; они называли его «северным меценатом», а Вольтер посвятил ему свою трагедию «Олимпия». Не меньшей известностью у энциклопедистов пользовался князь Д. А. Голицын, на средства которого в Гааге печаталось первое издание запрещенного во Франции сочинения Гельвеция «О человеке». Во дворце читались, переводились и обсуждались сочинения Монтескье, Вольтера, Руссо. Ради приятного препровождения времени придворная знать сообща переводила последнее произведение Мармонтеля «Велизарий», вызвавшее во Франции резкие нападки со стороны королевской власти. Наиболее политически заостренная девятая глава этого сочинения, посвященная монархам, была переведена самой императрицей.

Отдельные дворяне в условиях начавшегося разложения феодального строя ставили вопрос о некоторых социальных реформах. Граф Н. И. Панин высказывался против «ничем не ограниченной помещичьей власти», сенатор И. П. Елагин ратовал за предоставление крестьянам земли в потомственное пользование, князь Д. А. Голицын рекомендовал передать крепостным право собственности на имущество, считая, что это «может только принесть пользу и существенные выгоды государству».

Однако в умах большинства помещиков идеи Просвещения приобретали черты, более соответствующие их крепостнической идеологии. Князь М. М. Щербатов, изучая «Естественную политику» Гольбаха, брал из нее только то, что могло служить для обоснования необходимости олигархического строя. Защищая преимущества феодально-крепостнических порядков, он ссылался на Монтескье, который, по его мнению, «связи между помещиками и их подданными [в России] похвалял». Генерал И. Н. Болтин привлекал Руссо, чтобы доказать несвоевременность изменения этих порядков. Перефразируя высказывания великого философа-демократа, он писал, что «прежде должно учинить свободными души рабов, а потом уже тела». Искажение взглядов Руссо особенно ярко выразилось в педагогической теории И. И. Бецкого, выдвинутой им взамен общеобразовательной системы Ломоносова.

Страницы: 1 2

Это интересно:

Архитектура
Архаическая эпоха—время становления греческой архитектуры. Бесспорен примат общественной, в первую очередь сакральной, архитектуры. Жилища того времени просты и примитивны, все силы общества обращены на монументальные сооружения, прежде в ...

Поздний период
Уже в 1550-е гг. характер творчества Тициана меняется, нарастает драматическое начало в его религиозных композициях («Мученичество св. Лаврентия», 1555, церковь Джезуити, Венеция; «Положение во гроб», 1559, Прадо). В то же время он вновь ...

Александр Сергеевич Пушкин - журналист
Вторую петербургскую школу журналистики тех лет представлял Александр Сергеевич Пушкин. Гениальным журналистом назвать его нельзя. Он был ярким и заметным журналистом. При жизни он опубликовал около пятидесяти фельетонов, памфлетов в пери ...